Московский суд фактически санкционировал торговлю детьми

novorozhdennie1Московский городской суд впервые в российской практике постановил отобрать ребенка у родившей его матери. Согласно вердикту, малышку должны передать истице — женщине, которая якобы заключила договор суррогатного материнства.
Основанием для поразившего экспертов судебного вердикта назван некий договор стоимостью в один миллион рублей, однако оригинал этого договора никто не видел. Получается, своим решением Мосгорсуд просто определил цену, по которой можно отнять ребенка практически у любой женщины?

Судебные разбирательства между покупателями ребенка — «генетическими родителями», и исполнителями — суррогатными матерями встречались и раньше.

Широкое общественное внимание привлекали «тульское» и «омское» дела

В 2010 году Зинаида Ракова заключила договор суррогатного материнства с родителями из Тульской области. Но после родов обдумалась и осознала сущность своего преступления. Она отказалась отдавать его в чужую семью, оформив малыша в ЗАГСе как своего. Покупатели подали в суд. Затянувшаяся череда разбирательств завершилась отказным вердиктом высшего апелляционного органа — Конституционного суда — лишь в 2012 году.

Тогда суд заявил, что «законодательно предусмотренное право суррогатной матери давать согласие на то, чтобы его родителями были записаны «генетические родители», означает имеющуюся у нее возможность в записи акта о рождении ребенка записать себя матерью ребенка,.. обусловливая тем самым для женщины, родившей ребенка, права и обязанности матери». Иными словами, с точки зрения коллегии Конституционного суда суррогатная мать как раз и является настоящей матерью.

В том же 2012 году в Омске городской суд также выступил в защиту новорожденных детей, которыми пытались манипулировать участники сделки. Женщина была недовольно, что ей недостаточно заплатили, требовала, чтобы ей передали детей как компенсацию за неоплату услуг по договору о суррогатном материнстве. Суд постановил, что дети — не товар и не могут выступать предметом гражданско-правовых отношений.
Но и в Туле, и в Омске у сторон конфликта все важные документы находились на руках и были своевременно представлены юристам.

Право сильного и купля-продажа эмбрионов

Именно наличие необходимых документов делает эти судебные процессы совершенно не похожими на последнее решение Мосгорсуда. 51-летняя бизнес-вумен, председатель совета директоров одного из столичных банков Ольга Миримская в своем иске потребовала изъять у крымчанки Светланы ее новорожденную дочку, утверждая, что этот ребенок был обещан ей заранее.

Правда, ни договора о суррогатном материнстве, ни генетической экспертизы, подтверждающей ее материнство, она представить не смогла. Как заявляет сама банкирша, она хотела завести еще одного ребенка, но сделать этого не могла. Тогда приобрела готовый эмбрион, который должны были подсадить суррогатной матери.
В свете этих обстоятельств, а также того, что судьи приняли во внимание материальное положение Миримской, решение сначала Пресненского районного, а затем и Московского городского суда является обыкновенной торговлей детьми. Причем по вполне доступной цене.

Даже известный своими либеральными взглядами «защитник» семьи и детства Павел Астахов был шокирован решением суда

«Решение противоречит закону. Прежде всего — противоречит интересам ребенка, который родился у этой женщины. Она является матерью этого ребенка. И, естественно, разлучать их нельзя. Поэтому я считаю, что ребенок должен продолжать жить с матерью, которая его родила», — заявил дет.

«Это нонсенс юридической практики современной России, когда за женщиной, которая даже не донор биологического материала, то есть не ее яйцеклетка использовалась, вдруг суд первой инстанции признал материнство. У нас в законодательстве установлен приоритет женщины, которая выносила и родила ребенка», — отметил омбудсмен.

Представитель медицинского учреждения, в котором якобы производились необходимые для суррогатного материнства процедуры, в рамках процесса по признанию договора недействительным опроверг факт заключения такого договора. А врач, якобы упомянутый в договоре, некоторое время назад был найден мертвым. Причина смерти, как установили эксперты, — «передозировка медикаментов».

«Мы доподлинно знаем, что такого договора между моей доверительницей и истицей, и любым лицом, представляющим ее интересы, на сегодняшний день не заключалось», — свидетельствует адвокат Светланы Ренат Курбанов.

Показательно, что суд проходил без ответчицы — уехав после родов на Кипр, Светлана оказалась там в ловушке. Госпожа Миримская, на этот раз через кипрский суд, добилась официального запрета для матери и младенца покидать остров.

Решение Мосгорсуда, отбирающего ребенка у матери в отсутствие каких-либо документов и самой матери, теоретически может быть применено практически к любой семье, в которой есть маленькие дети. Для этого достаточно просто заявить о якобы заключенном договоре суррогатного материнства и обратиться с иском в суд.

Ольга Михайловна Миримская

mirimskaya

председатель совета директоров банка БКФ, бывшая супруга топ-менеджера «ЮКОСа» Алексея Голубовича.
Несколько лет назад Миримская судилась с Голубовичем за право владения особняком на берегу Темзы ценой 10 миллионов долларов. Тогда следившие за процессом британские журналисты писали, что экс-супруги «стали первой иностранной династией, два поколения которой обратились за помощью к английским судам в деле бракоразводного процесса». Немногим ранее их сын Илья там же в Лондоне судился со своей экс-супругой, в итоге получившей от наследника олигарха 4,5 миллиона долларов.

Другой инцидент, широко освещавшийся в зарубежной прессе, связан с кольцом стоимостью 3,6 миллиона долларов. Получив драгоценность от компании D&M Capital Group во время своего посещения Лондона, бизнес-леди не заплатила за него, а спешно вернулась в Москву. Главе ювелирной компании пришлось лично приехать в Москву, но даже тут вернуть свои деньги ему удалось не сразу.

По материалам Lenta.Ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *