«Проблемы привлечения к уголовной ответственности родителей за неисполнение обязанностей по воспитанию детей»

156В настоящее время много усилий со стороны правоохранителей и субъектов профилактики направлено на выявление фактов насилия в отношении несовершеннолетних именно в семьях. Однако практика применения уголовного закона в отношении родителей, которые рассматриваются зачастую, чуть ли не как основные субъекты преступлений в отношении детей, выявляет ряд проблем.

Среди наиболее активно применяющихся в последние годы статей в отношении родителей хочется обратить особое внимание на статьи 156 УК РФ и 125 УК РФ, которые имеют схожие проблемы применения и квалификации.

Состав преступления, предусмотренного ст.156, заключается в неисполнении или ненадлежащим исполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, если оно соединено с жестоким обращением. Наличие «жестокого обращения» является ключевым признаком, который отличает ст.156 УК РФ от ст. 5.35 КоАП, где упоминания «жестокого обращения» нет. Преступление характеризуется виной в форме прямого умысла. Родители должны осознавать общественную опасность ненадлежащего исполнения обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. То есть, чтобы стать субъектом преступления родитель должен осознавать, что обращается с ребенком жестоко, но все равно желать так поступать.

Проблема с применением ст. 156 заключается, во-первых в квалификации, поскольку нередко возникает вопрос о конкуренции уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за различные формы жестокости в отношении несовершеннолетних (например ст. 110 (доведение до самоубийства), ч. 1 ст. 112 (причинение вреда здоровью средней тяжести), ч. 1 ст. 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью), ч. 1 ст. 116 (Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию), ч. 1 ст. 119 (угроза убийством), ст. 125 (оставление в опасности), п. «д» ч.2 ст.127 УК РФ (ограничение свободы несовершеннолетнего). Все эти статьи также содержат в своем составе жестокое поведение в той или иной форме.

Во-вторых, существенной проблемой является наличие в статье двух оценочных понятий в составе преступления, «ненадлежащее исполнение» и «жестокое обращение».

Определение «жестокого обращения» в уголовном законе отсутствует, и требует конкретизации.

Общепринятого понимания жестокого обращения с несовершеннолетним не сложилось. Ряд специалистов считает, что «жестокое обращение» употребляется в качестве обобщающего понятия, включающего все формы физического и психического насилия в семье, и оно должно быть заменено термином «насилие», которое охватывает все возможные уголовно наказуемые формы жестокости.

Однако многие идут по пути расширенного толкования «жестокого обращения», вводя определенные критерии благополучия ребенка и условий его социального, физического и психологического развития, которым должны соответствовать условия воспитания и содержания ребенка в семье. К жестокому обращению согласно этой позиции, может относиться пренебрежение основными интересами и нуждами ребенка, недопустимые способы воспитания, «эксплуатацию несовершеннолетнего»; унижение его человеческого достоинства, оскорбление, сексуальные домогательства. То есть еще целый набор оценочных понятий, определить которые должны сами правоприменители. При этом многие эти элементы уже содержатся в составе других ном уголовного закона.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей», жестокое обращение может проявляться не только в осуществлении физического или психического насилия над ними либо в покушении на их половую неприкосновенность, но и в применении недопустимых способов воспитания (в грубом, пренебрежительном, унижающем человеческое достоинство обращении с детьми, оскорблении или эксплуатации детей).

То есть для определения «жестокого обращения» Верховный суд применяет новые оценочные понятия, такие как «недопустимые способы воспитания», «эксплуатация детей». При этом опять же нигде не дается конкретизации, что такое «допустимые методы воспитания», и что такое «надлежащее исполнение обязанностей». Это правоприменитель видимо должен определять по обстоятельствам дела, сложившейся практике в регионе, и, исходя из вполне условных критериев «благополучия ребенка в семье», которые у самих родителей вполне законно могут быть отличными.
Применение оценочных понятий на практике приводит к возможности широкого толкования признаков состава преступления, и, нередко к подмене понятий. Что приводит к незаконному применению статьи в отношении родителей и осуждению невиновных.

На практике Отделы полиции по делам несовершеннолетних пытаются возбудить дело по ст. 156 в отношении родителей практически по любому сигналу или незначительному подозрению о наличии нарушения прав детей в семье. Ребенок ушел из дома — объявили в розыск (значит жестоко обращаются), у ребенка увидели синяк в детском саду, бабушка пожаловалась, что ребенка недокармливают – жестокое обращение, отключили электроэнергию, воду за неуплату – жестокое обращение, не отдал в школу в 7 лет – жестокое обращение, родители приучают ребенка к труду – эксплуатация детей, родители применяют воспитательные меры – это жестокое обращение, а иногда может квалифицироваться и как истязание.

Хотя в большинстве случаев отказывают в возбуждении уголовного дела и ограничиваются административной статьей, в следующий раз уже могут применить ст. 156. Также если эти элементы имеют место в совокупности, то могут завести дело при первой же проверке.

Безусловно, сами по себе эти факты не могут свидетельствовать о наличии умышленной формы вины со стороны родителей, их желания и осознания наступления негативных последствий для ребенка. А в большинстве случаев являются лишь следствием сложных жизненных обстоятельств или выбора методов воспитания, которые вызывают негативное отношение у окружающих, но не противоречащих при этом закону.
Судебная практика в части оценки понятия «жестокое обращение с ребенком» также разнообразна.

К «неисполнению обязанностей» и «жестокому обращению», судя по многим приговорам суда, относят, помимо прочего «непосещение родительских собраний в школе», «нерегулярное посещение педиатра», «непосещение детского сада», «отсутствие прививок», «употребление спиртных напитков» (что само по себе не запрещено законом), а также присутствуют такие формулировки как «отсутствие фруктов в холодильнике», «однообразная пища», «наличие печного отопления в доме» или «туалет на улице». С такими формулировками родители получают меры наказания от штрафа до реального срока наказания.
Данные формулировки незаконны, совершенно оторваны от российских исторических реалий и традиций, социально-экономического уровня жизни семей с детьми. Получается, чтобы родителя не признали «жестоким» по отношению к своим детям он должен соответствовать подобным критериям «благосостояния».

Сами по себе подобные факты не могут содержать злого умысла родителей, поскольку выбор системы воспитания, образования, питания — прерогатива родителей, и не всегда это связано с нарушением прав ребенка.
К сожалению, такая практика применения ст. 156 порождает сотни разрушенных семей и поломанных детских судеб по всей стране только за один год.

Ответственность должна наступать в случае наличия вины субъекта, нарушившего уголовно-правовой запрет, а в подобных случаях вина и злой умысел родителей отсутствует. Тяжелые жизненные обстоятельства, приведшие к бытовым проблемам, не могут являться объективной стороной состава преступления. Обращение за медицинской помощью пока еще является правом граждан, а не обязанностью, а самостоятельный выбор родителями системы образования и методов воспитания гарантируется законом.

Возможность широкого толкования таких оценочных понятий как «жестокое обращение с ребенком», «ненадлежащее исполнение родительских обязанностей», «неприемлемые методы воспитания» в уголовном в уголовном праве приводят к злоупотреблениям, коррупции и взяточничеству. Нередки случаи также, когда эту статью используют для сведения личных счетов, таких как звонок «доброжелателей-соседей», которые устали от криков детей за стенкой, сердобольная бабушка, которой показалось что внуков не так кормят, родственники, которые не могут поделить имущество, или иные лица, которые руководствуются чувством мести и совершают ложные доносы.

Родитель имеет полное право выбирать самостоятельно способы воспитания, лечения, образования для своего ребенка, а также жить в соответствии с уровнем своего дохода, даже если дети и испытывают в связи с этим какую-то нужду. Если же в отношении ребенка применяется насилие, состав его в большинстве случаев уже содержится в существующих законодательных нормах. Поэтому применение ст. 156 во многих случаях является незаконным и избыточным.

Если же применять ст. 156, то состав преступления должен содержать совершенно конкретные объективные формы насилия, это должны быть деяния, которые бы имели ощутимые негативные последствия для ребенка, а не просто предположения и оценочные суждения. Либо же она должна применяться преимущественно к сотрудникам учреждений профилактики, специальных, закрытых и исправительных детских учреждений, которые, сегодня как раз и являются основными рассадниками насилия по отношению к вверенным под их надзор несовершеннолетним. При этом ст. 156 практически не применяется по отношению к субъектами профилактики, сотрудникам воспитательных социальных учреждений, хотя это прямо предусмотрено составом преступления статьи. 

Главное, что основной жертвой такого толкования и применения статьи 156 становятся дети, которых изымают из семьи после осуждения родителей.

Хотя законодательство не содержит прямых указаний изымать детей при уголовном наказании родителей, на практике осуждение в большинстве случаев приводит к отобранию детей, ограничению и далее лишению родительских прав еще на стадии уголовного процесса.

Зачастую родители объективно не могут соответствовать выдвигаемым им требованиям т.н. надлежащего исполнения обязанностей, вследствие этого привлекаются к ответственности, теряют своих детей, часто единственное, что у них есть в жизни, а дети без родителей, попадая в систему, не редко погибают.

Поэтому хотелось бы обратить внимание законодателей на эти серьезные проблемы с практическим применением ст. 156 и других уголовных статей, применяемых в отношении семей с детьми, которые итак зачастую находится в трудной жизненной ситуации, и применять к ним завышенные требования совершенно недопустимо.

Владимирцев О.В.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *